История с Пригожиным является следствием того, что в чрезвычайных ситуациях есть два способа решать проблемы, с которыми неспособен справляться инерционный государственный аппарат.
Первый – мобилизация сталинского типа, о которой сейчас грезят турбопатриоты. Как из знаменитых воспоминаний Байбакова о беседе со Сталиным в 1942 году: "Товарищ Байбаков, Гитлер рвется на Кавказ. Он объявил, что если не захватит нефть Кавказа, то проиграет войну. Нужно сделать все, чтобы ни одна капля нефти не досталась немцам. Имейте в виду, если вы оставите немцам хоть одну тонну нефти, мы вас расстреляем. Но если вы уничтожите промыслы преждевременно, а немец их так и не захватит, и мы останемся без горючего, мы вас тоже расстреляем".
Но для такой мобилизации нужно сталинское государство с мощной идеологической мотивированностью. С молодежью, кумирами которой были Чкалов и Громов, а любимым фильмом – "Чапаев". С вертикальной мобильностью, когда как только "старших выключат иных" (а выключали десятками тысяч), то их заменяли недавние комсомольцы, готовые работать по 25 часов в день. И у таких систем есть пределы прочности, прекрасно описанные Беком в "Новом назначении".
Если таких предпосылок нет, то есть второй способ – аутсорсинг, когда к решению проблем подключается бизнес. Пример – военно-промышленные комитеты в 1915 году во время Первой мировой войны.
Интересно, что немалое число интересующихся историей турбопатриотов искренне считают такой способ неправильным, исходя из того, что государство справилось бы лучше – так как оно продолжало финансирование военных заказов (как, кстати, сейчас официально подтверждено в случае с "Вагнером"). Однако практика показывала, что купец справлялся лучше, чем действительный статский советник.
Проблемы две. Одна – рост политических амбиций частных игроков, исходящих из того, что государство им обязано. Она может быть решена (как в Англии, где военные промышленники становились лордами, оформляя свою принадлежность к верхнему слою элиты и переставая быть "парвеню"). А может быть и нет – как в России эпохи Первой мировой войны, где государство продолжало относиться к бизнесу как к "купчишкам", а тот, почувствовав силу, становился все менее лояльным.
Отдельные политически активные его представители даже вели переговоры с военными — но эти заговоры ни к чему не привели, так как переступить грань ни одна из сторон не решилась вплоть до революции, которую начали совсем другие люди — питерские работницы.
Другая проблема – какие сферы отдавать на аутсорсинг и в каких масштабах. В XXI веке феномен ЧВК означает, что различные государства готовы снимать с себя часть силовых функций, но при этом строго лимитируя и контролируя этот процесс, чтобы не разрушать свою монополию на применение силы. И рассматривая "частника" именно в этом случае лишь как инструментальный ресурс, не влияющий на государственную политику. Если "частник" переходит грань, то для любого государства это становится риском.
! Орфография и стилистика автора сохранены
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
